20 января в Кызылорде, бывшей столице Казахстана, прошел Национальный курултай, который стал последним в своем роде. В будущем курултаем будет называться новый однопалатный Парламент страны.
Город в этот день напоминал атмосферу ожидания свадьбы: никто не знал, кто именно «женится» и чем все это закончится.
Мероприятие было важным, так как Президент в своем новогоднем обращении объявил 2026 год годом перемен и намекал на значительные изменения. Участники собрались не на праздник, а на «смотрины будущего». Депутаты изучали новую систему, а система — их. Приданое обещали серьезное, но его масштабы оставались загадкой.
Курултай проходил в недавно открывшемся Достық үйі (Доме дружбы), который по форме напоминал Дворец бракосочетания.
Фото акимата Кызылординской области
Подготовка к мероприятию началась с раннего утра. У входа охрана проверяла всех так тщательно, словно кто-то мог пронести альтернативный проект Конституции.
Депутаты и общественные деятели фотографировались друг с другом на память. Смотрины продолжались.
Пока депутаты размышляли о завтрашнем дне, кто-то уже искал ответы на вопросы о будущем, просматривая видео о «транзите власти», где аналитики делали свои прогнозы.
В итоге обсуждения о будущем велись повсеместно. Журналисты задавали прямые вопросы, но ответы часто были уклончивыми.
Депутат Мажилиса Никита Шаталов признался, что сам находится в неведении:
— Я нахожусь в точно таком же неведении, как и все остальные. Мы, как рабочая группа, много чего обсудили, поступало 500-600 предложений по парламентской реформе, ещё тысяча — по Конституции. Люди увидели, что окно открылось, и решили предложить какие-то дополнительные изменения.
Шаталов отметил, что предложения поступали самые разные, но ничего особенно яркого не запомнилось. Некоторые энтузиасты даже отправляли проекты новой Конституции через WhatsApp и eOtinish. Хотя цели переписать Конституцию не было, все предложения были рассмотрены.
Прогресс, как выяснилось, дошел и до этого мероприятия.
Никита Шаталов (справа) беседует с коллегой по пока ещё работающему Мажилису Азатом Перуашевым
— А для людей что изменит однопалатный Парламент?
— Это же такие вещи верхнего порядка, которые касаются высшей политики. Но с точки зрения государственного управления, это большая пластичность и скорость в принятии законов.
— Разве у нас были проблемы со скоростью принятия законов?
— Здесь по-разному бывает. Речь часто идет не о том, чтобы быстро выпустить закон, а о том, чтобы это вышло своевременно. Некоторые законопроекты могут стопориться из-за вопросов в разных палатах.
На вопрос о том, не боится ли он остаться за бортом нового Парламента, Шаталов ответил спокойно, отметив, что рано или поздно срок проходит. Он уже поставил себе галочку за Налоговый кодекс и другие важные законы, но о будущем гадать не стал.
Не стал гадать о будущем и Азат Перуашев, хотя и признал, что депутаты «заинтригованы»:
— К досрочным выборам вы морально готовы?
— Есть хорошее выражение: армия существует в двух состояниях: либо воюет, либо готовится к войне. Партия или участвует в выборах, или готовится к выборам.
— Мы часто слышим от министров, что они себя ассоциируют с солдатами. Депутаты тоже?
— Не знаю... У нас в руках автоматов нет. У них в руках исполнительные полномочия. Наша задача — не воевать, а улучшать жизнь наших граждан.
Хотя автоматов у депутатов нет, маневры в политике продолжаются. Едил Жанбыршин высказал мнение о том, что новый Парламент должен заниматься парламентскими расследованиями:
— Парламент должен заниматься расследованиями: куда тратятся деньги, насколько эффективно они используются. Это мировая практика.
— И всё же — Америка. Это страна, где допускаются разные взгляды, в том числе те, против которых вы выступаете.
— Я выступаю против пропаганды ЛГБТ. И Америка, кстати, тоже.
— Какая именно Америка, депутат уточнять не стал.
— Это разве зависит от президента, от времени, от штата?
— Есть свои традиции, свои устои. Для казахстанского общества это неприемлемо.
— Как вы думаете, что-то из ваших предложений может войти в реформу?
— Поступило очень много предложений. Сегодня, наверное, Президент озвучит некоторые из них. Мы должны идти вперёд, а не назад.
Куда именно «вперёд» — пока не знает никто, но вскоре станет известно, что направление выбрано неожиданное.
Продолжение следует...