История Лаяны: от Улбосын к Лаяне
Лаяна, 28-летняя жительница Алматы, два года назад выбрала новое имя — Лаяна. Ранее её звали Улбосын, что в переводе с казахского означает "пусть будет мальчик". Имя было дано её покойным отцом в честь его матери, но для Лаяны оно стало источником внутреннего дискомфорта.
"Я с детства не воспринимала себя по имени. В начальных классах не отзывалась на Улбосын. Часто стеснялась знакомиться с новыми людьми. Я очень комплексовала. В школе меня называли Улей, и я старалась представляться так", — рассказывает Лаяна Айтказиева.
Фото предоставлено Лаяной Айтказиевой
Каждое новое знакомство сопровождалось бестактными вопросами:
"А мальчик после тебя родился?"
Или шутками вроде:
"Мальчик-болсын".
Фото предоставлено Лаяной Айтказиевой
"Когда я начала ходить на свидания, ненавидела называть своё имя, потому что знала, каким будет первый вопрос. Я не чувствовала себя нежной, казалось, во мне есть что-то мужское. Это бьёт по самооценке намного больше, чем кажется окружающим", — делится Лаяна.
Мысли о смене имени появились у Лаяны ещё в 13 лет, но решилась она только в 26. Она долго перебирала варианты и хотела выбрать редкое и по-настоящему "своё" имя. В итоге её выбор пал на имя Лаяна.
Юридически смена имени прошла без проблем. Самым важным моментом для девушки стал обряд в мечети:
"Мне на ухо прошептали новое имя и записали его в журнал. Тогда я впервые осознала, насколько далеко зашла", — вспоминает она.
Фото предоставлено Лаяной Айтказиевой
Реакция окружения после смены имени была разной: одни поддерживали её, а другие открыто говорили, что она занимается ерундой.
"Мне говорили: 'Лучше бы кредиты закрывала. Думаешь, сменишь имя — станешь другой? У тебя на лице написано 'Улбосын'", — вспоминает девушка.
Некоторые родные Лаяны до сих пор называют её по-старому.
"Я стараюсь спокойно поправлять их. Но когда мне говорят 'Для нас ты никогда не будешь Лаяной', мне становится неприятно", — признаётся она.
Лаяна считает, что имя Улбосын символизирует ожидания, навязанные с рождения.
"Либо после нас должен родиться мальчик, либо мы сами должны быть как мужчины. Возможно, мы сможем остановить эту практику и родители перестанут ставить 'эксперименты' на девочках. Мы имеем право выбора, это касается и имени", — говорит девушка.
Лаяна уверена, что такие имена напрямую связаны с дискриминацией женщин. В культуре, где мальчиков традиционно ставят выше, даже имя может нести это неравенство.
"Когда называешь ребёнка, ищешь смысл в имени. Но какой смысл в именах с началом 'Ұл'? Жертвовать дочкой, чтобы родился мальчик? Сказать прямо: 'Мы не ждали тебя, мы хотели сына' — и дать жить ребёнку с этим всю жизнь?" — негодует Лаяна.
Тем, кто тоже задумывается о смене имени, девушка советует не бояться. Она уверена, что это облегчает жизнь и повышает самооценку.
"При выборе имени о вас никто не думал. Знаю, что многие боятся из-за страха, что подумают или скажут люди. Но им всё равно, они ляпнут и забудут. Это только ваше дело и ваше решение", — резюмирует героиня.
История Даны: от Ұлданы к Дане
Дана, следующая героиня, также прошла путь от имени Ұлдана к Дане. Первые мысли о смене имени появились у неё в подростковом возрасте, но окончательный шаг она сделала в 22 года. Это решение стало для неё способом заявить о своей независимости от чужих ожиданий.
"Дана — это моя взрослая версия, которую я выстроила сама, а Ұлдана — скорее, про детство. Изменение имени дало мне ощущение контроля над собственной жизнью", — делится Дана Манас.
Фото предоставлено Даной Манас
Дана вспоминает, что в 16 лет впервые задумалась о значении своего имени после шутки тёти:
"Если бы я знала, что ты вырастешь такой хорошенькой, я бы забрала тебя, когда твой отец предлагал".
Эти слова она восприняла как знак того, что её не ждали.
Девушка признаётся, что юношеский максимализм превратил это ощущение в скрытый протест: она старалась быть лучше во всём, лишь бы родители не сожалели, что у них нет сына.
"Я старалась быть лучше, училась усерднее, не отказывалась от тяжёлой работы по дому, чтобы родители не вспоминали о необходимости иметь мальчика в семье. Когда я меняла имя, было чувство: 'Родители может быть и не выбирали меня, но я выбираю себя сама'", — делится Дана.
Сегодня она смотрит на это спокойнее, понимая, что не обязана никому ничего доказывать.
Фото предоставлено Даной Манас
Официальная смена документов прошла легко. Мама сразу поддержала это решение, а папа узнал о новом имени уже по факту:
"Он лишь сказал: 'Твоя жизнь — твоё имя'".
Дана уверена, что такие имена постепенно уходят в прошлое: общество всё чаще видит в девушках самостоятельных личностей, а не просто случайного ребёнка, который появился перед долгожданным наследником.
"У вас жизнь одна — меняйте имя, если хотите. В жизни и так много проблем, почему бы не сделать на одну меньше? Уважение к традициям не должно быть выше вашего комфорта", — говорит Дана.
Имя как послание "ждали не меня": мнение психолога
Психолог Асем Ержанкызы объясняет, что через имя ребёнок формирует первое представление о себе. Если в него заложен смысл "ждали сына", девочка бессознательно считывает: "ждали не меня".
"С ранних лет может появиться ощущение недостаточности. Со временем, если оно подкрепляется опытом, формируются убеждения 'я недостаточно ценна и важна'. Это влияет на устойчивость самооценки. Ребёнок может бессознательно переживать рождение 'не с тем полом' как несоответствие ожиданиям, которое способно вызывать чувство вины", — объясняет эксперт.
По словам Ержанкызы, иногда в семьях возникает скрытая конкуренция — с "воображаемым мальчиком" или с реальными:
"Это могут быть двоюродные братья, сыновья друзей родителей или даже 'воображаемый мальчик'. Появляется стремление доказать свою значимость и право быть принятой".
Фото: ©️ Турар Казангапов
Смена имени в таком случае становится формой сепарации, выходом из навязанной роли. Однако важно, чтобы это было осознанным решением.
"Если же имя меняется как попытка что-то доказать родителям или просто убежать от боли, а внутреннее ощущение 'я недостаточна' остаётся, эффект может быть кратковременным. Меняется форма, но не внутреннее ощущение себя", — подчёркивает психолог.
Имя само по себе не всегда травмирует — решающее значение имеет эмоциональный климат в семье:
"Если девочку любят безусловно и не подчёркивают её 'вторичность', имя может и не стать источником внутреннего конфликта".
Советы родителям: как не травмировать ребёнка
Психолог советует родителям честно признать, что в семье могли быть определённые ожидания, но при этом показать, что дочь желанна и ценна.
"Важно, чтобы любовь к дочери проявлялась не только в словах, но и в отношении: в равном внимании (если после неё есть мальчик), любви и тепле, иначе она будет чувствовать себя менее ценной", — советует психолог.
Даже если имя предложили родственники, ответственность за эмоциональный климат в семье всё равно лежит на маме с папой:
"Именно родители формируют атмосферу, в которой ребёнок будет понимать смысл своего имени. Главное — быть готовыми выдержать любые чувства дочери — её вопросы, обиду и злость. Проявление чувств не говорит о неблагодарности, это её попытка понять себя и своё место в семье", — резюмирует эксперт.
Фото: ©️ Болат Айтмолда
Исчезнет ли практика давать девочкам "мужские" имена?
Социолог Айман Жусупова рассматривает это явление как маркер устаревших представлений о роли полов. Она отмечает, что сегодня переосмысление имён с компонентом "Ұл" — это проявление запроса на гендерное равенство:
"Речь идёт об отражении прошлых социальных установок, где мужская линия имела приоритет в родовой и семейной структуре. Эти имена не создавались с целью дискриминации, но фиксировали культурную норму своего времени. Сегодня это становится предметом критического осмысления".
Жусупова также отмечает, что современный интерес к шежіре и традициям сопровождается переосмыслением роли женщин в родовой структуре. Уже встречаются родословные по женской линии, что ранее считалось нетипичным.
Фото: Depositphotos.com
Социолог считает, что такие имена со временем будут встречаться всё реже — особенно в городской среде.
"Говорить об их полном исчезновении пока рано: для части семей они сохраняют культурную, семейную или символическую ценность. Таким образом, мы имеем дело не с отказом от традиции, а с её адаптацией к новым ценностным ориентирам общества", — делится Айман Жусупова.
Другой социолог — Асем Кусманова — отмечает важный нюанс: "мужские" имена для девочек давались по разным причинам. В одних семьях действительно хотели сына, в других — считали это оберегом или защитой ребёнка. По её словам, точно узнать мотив можно только напрямую у человека, который выбирал имя.
Кусманова тоже считает, что такие имена встречаются всё реже, хотя полностью они, скорее всего, не исчезнут:
"Символические значения могут меняться: если женщина с именем Улжан станет успешной личностью, имя начнут выбирать как ассоциацию с успехом, а не из-за желания родить сына".
Статистика имен с корнем "Ұл"
На 2026 год в Казахстане более 118 тысяч женщин носят имена с корнем "Ұл" или "Ул". Если исключить те из них, что не связаны с традиционной коннотацией ожидания мальчика, то получится, что в стране больше 106 тысяч женщин, названных таким образом.
Самые распространённые имена:
- Ұлжан / Улжан – 17 624;
- Улбосын / Ұлбосын – 11 043;
- Ұлдана – 7 957;
- Улжалгас / Ұлжалғас – 5 487;
- Улболсын / Ұлболсын – 4 273;
- Улмекен – 3 914;
- Улбала – 2 281.
Тренд на снижение
Данные Бюро национальной статистики подтверждают мнение социологов, что традиция постепенно угасает. С 2024 года количество новорождённых девочек с именами, которые начинаются с "Ұл/Ул", сократилось почти вдвое.
- В 2024 году так назвали 470 девочек по всей стране — 222 в городах и 248 в сёлах.
- В 2025-м показатель снизился до 227 девочек — 87 в городах и 140 в сёлах.
Абсолютным хранителем традиции остаётся Туркестанская область: в 2024 году здесь зарегистрировали 127 таких имён (из них 93 в сёлах), а в 2025-м — 76 (15 в городах и 61 в сёлах).
В мегаполисах постепенно отказываются от этой практики: в 2025 году в Астане имена получили девять новорождённых, в Алматы — семь, в Шымкенте — 26. Для сравнения: в 2024-м в Астане зарегистрировали 19 подобных имён, в Алматы — 18, в Шымкенте — 53.
Данные за январь 2026 года иллюстрируют продолжающийся спад: с начала года девочек с такими именами зарегистрировали всего девять по стране: две — в Алматы, две — в Шымкенте, две — в Мангистауской области, одну — в Карагандинской области.